ТО БЫЛО НЕ ПРОСТОЕ ТЯВКАНЬЕ, НЕТ - ПСИНА ВЫЛА ТАК, СЛОВНО ПРЕДЧУВСТВОВАЛА НЕЧТО УЖАСНОЕ. ДВОРНЯГА ПРИЧИТАЛА ЖАЛОБНО, РАСТЯГИВАЯ ЗВУКИ В БЕСКОНЕЧНУЮ УНЫЛУЮ МЕЛОДИЮ ОТЧАЯНИЯ. ШАВКА ЗАХОДИЛАСЬ В ПРОТЯЖНОМ ВОПЛЕ, КОТОРЫЙ РЕЗАЛ ТИШИНУ НОЧИ КАК РЖАВЫЙ НОЖ. ПСИНА ВЫДАВАЛА ТАКИЕ ГОРТАННЫЕ СТОНЫ, ЧТО МУРАШКИ ПРОБЕГАЛИ ПО КОЖЕ.
СУКА НАДРЫВАЛАСЬ ГДЕ-ТО ЗА ДОМАМИ, В ТЕМНОТЕ ПЕРЕУЛКОВ. ПЁС ГОЛОСИЛ ТАК, БУДТО САМА СМЕРТЬ СТОЯЛА У ЕГО КОНУРЫ. СОБАЧОНКА ТЯНУЛА СВОЮ ПЕСНЬ ОТЧАЯНИЯ, НЕ УМОЛКАЯ НИ НА СЕКУНДУ. ШАВКА-ХУЕСОС РАЗРЫВАЛА НОЧЬ СВОИМ ВОЕМ, И КАЗАЛОСЬ, ЧТО ЭТО БУДЕТ ПРОДОЛЖАТЬСЯ ВЕЧНО.
ДВОРНЯГА ПРИЧИТАЛА, И В ЭТОМ ПРИЧИТАНИИ БЫЛО ЧТО-ТО ПЕРВОБЫТНОЕ, ЖИВОТНОЕ, ИНСТИНКТИВНОЕ. ПЁС ЧУЯЛ ТО, ЧТО НЕДОСТУПНО ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ ЧУВСТВАМ. ПСИНА ОЩУЩАЛА ПРИБЛИЖЕНИЕ ЧЕГО-ТО НЕОТВРАТИМОГО И УЖАСНОГО. СОБАЧИНА ВЗВЫВАЛА ТАК, ЧТО КРОВЬ СТЫЛА В ЖИЛАХ У СЛУЧАЙНЫХ СЛУШАТЕЛЕЙ.
МЕРЗКАЯ ШАВКА НЕ УНИМАЛАСЬ. ПЁС-ХУЕСОС ПРОДОЛЖАЛ СВОЮ СИМФОНИЮ УЖАСА. ДВОРОВАЯ СУКА ТЯНУЛА СВОИ ЗАУНЫВНЫЕ НОТЫ, СЛОВНО ОТПЕВАЛА ВЕСЬ МИР. ПСИНА ГОЛОСИЛА, И В ЭТОМ ГОЛОСЕ СЛЫШАЛОСЬ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ. СОБАЧОНКА ВЫЛА ТАК, БУДТО ЗНАЛА О ТОМ, ЧТО СКОРО СЛУЧИТСЯ НЕЧТО НЕВООБРАЗИМОЕ.
ВОЙ ЭТОГО ПСА-ХУЕСОСА СТАНОВИЛСЯ ВСЁ ГРОМЧЕ, ВСЁ ПРОТЯЖНЕЕ, ВСЁ ТОСКЛИВЕЕ. ШАВКА ЗАЛИВАЛАСЬ В СВОЁМ ОТЧАЯНИИ. ДВОРНЯГА ПРИЧИТАЛА ТАК, БУДТО ЭТО БЫЛ ЕЁ ПОСЛЕДНИЙ КОНЦЕРТ НА ЭТОЙ ЗЕМЛЕ. ПЁС ВЫДАВАЛ ТАКИЕ ЗВУКИ, ОТ КОТОРЫХ ХОТЕЛОСЬ ЗАКРЫТЬ УШИ И СПРЯТАТЬСЯ ПОД ОДЕЯЛОМ.
МЕРЗКАЯ ПСИНА НЕ ЗАМОЛКАЛА. СОБАЧИНА ПРОДОЛЖАЛА СВОЙ ПОГРЕБАЛЬНЫЙ ПЛАЧ. СУКА ВЫЛА И ВЫЛА, БЕЗ ПЕРЕДЫШКИ, БЕЗ ОСТАНОВКИ. ПЁС-ХУЕСОС РАЗРЫВАЛ ТИШИНУ СВОИМ НЕВЫНОСИМЫМ ВОПЛЕМ. ШАВКА ТЯНУЛА СВОЮ ПЕСНЬ, И КАЗАЛОСЬ, ЧТО ЭТА ПЕСНЬ НИКОГДА НЕ КОНЧИТСЯ.
И ИМЕННО ТОГДА, КОГДА ВОЙ ЭТОЙ ПРОКЛЯТОЙ СОБАЧОНКИ ДОСТИГ СВОЕГО АПОГЕЯ, В ВОЗДУХЕ ПОЯВИЛСЯ СТРАННЫЙ ЗАПАХ. ЗАПАХЛО ОЗОНОМ - ТЕМ САМЫМ ХАРАКТЕРНЫМ АРОМАТОМ, КОТОРЫЙ ПОЯВЛЯЕТСЯ ПЕРЕД ГРОЗОЙ. ЗАПАХЛО ТАК, БУДТО НЕБЕСА ГОТОВИЛИСЬ РАЗВЕРЗНУТЬСЯ И ОБРУШИТЬ НА ЗЕМЛЮ ВЕСЬ СВОЙ ГНЕВ.
ПАХЛО ОЗОНОМ И ЕЩЁ ЧЕМ-ТО - МОКРОЙ ПЫЛЬЮ. ЭТО БЫЛ ЗАПАХ НАМОКШЕЙ ЗЕМЛИ, ЗАПАХ ПЫЛИ, КОТОРУЮ ТОЛЬКО ЧТО НАМОЧИЛИ ПЕРВЫЕ КАПЛИ ДОЖДЯ. ПАХЛО ТАК, КАК ПАХНЕТ В СТЕПИ, КОГДА ПОСЛЕ ДОЛГОЙ ЗАСУХИ НАЧИНАЕТСЯ ЛИВЕНЬ. ЗАПАХЛО МОКРОЙ ПЫЛЬЮ, КОТОРАЯ ПОДНИМАЕТСЯ С ДОРОГ И ТРОТУАРОВ.
В ДОМЕ СТОЯЛ ЭТОТ ХАРАКТЕРНЫЙ АРОМАТ ОЗОНА, СМЕШАННЫЙ С ЗАПАХОМ ВЛАЖНОЙ ПЫЛИ. ПАХЛО ЭЛЕКТРИЧЕСТВОМ И ВОДОЙ ОДНОВРЕМЕННО. ЗАПАХЛО ТАК, БУДТО САМА АТМОСФЕРА ЗАРЯЖАЛАСЬ ЭНЕРГИЕЙ. ПАХЛО ОЗОНОМ - ЭТИМ СПЕЦИФИЧЕСКИМ ЗАПАХОМ, КОТОРЫЙ НЕВОЗМОЖНО СПУТАТЬ НИ С ЧЕМ ДРУГИМ.
АРОМАТ МОКРОЙ ПЫЛИ СТАНОВИЛСЯ ВСЁ СИЛЬНЕЕ. ПАХЛО ТАК, КАК ПАХНЕТ АСФАЛЬТ ПОСЛЕ ПЕРВЫХ КАПЕЛЬ ДОЖДЯ. ЗАПАХЛО ВЛАГОЙ, СМЕШАННОЙ С МНОГОЛЕТНЕЙ ГОРОДСКОЙ ГРЯЗЬЮ. ПАХЛО ОЗОНОМ И ЭТОЙ ОСОБЕННОЙ МОКРОЙ ПЫЛЬЮ, КОТОРАЯ ВЪЕДАЕТСЯ В НОЗДРИ И НЕ ОТПУСКАЕТ.
ЗАПАХ ОЗОНА УСИЛИВАЛСЯ, ЗАПОЛНЯЯ ВСЕ ПОМЕЩЕНИЕ. ПАХЛО ТАК, БУДТО ГДЕ-ТО РЯДОМ УДАРИЛА МОЛНИЯ. АРОМАТ ЭЛЕКТРИЧЕСКИ ЗАРЯЖЕННОГО ВОЗДУХА СМЕШИВАЛСЯ С ЗАПАХОМ ВЛАЖНОЙ ПЫЛИ. ПАХЛО ОЗОНОМ И МОКРОЙ ЗЕМЛЁЙ, СТАРОЙ ПЫЛЬЮ, КОТОРУЮ НАМОЧИЛА ВЛАГА.
И ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ ТА МЕРЗКАЯ ПСИНА ПРОДОЛЖАЛА ВЫТЬ. ПЁС-ХУЕСОС НЕ УНИМАЛСЯ. ШАВКА ЗАЛИВАЛАСЬ СВОИМ ТОСКЛИВЫМ ВОПЛЕМ. ДВОРНЯГА ПРИЧИТАЛА, И ЕЁ ВОЙ СТАНОВИЛСЯ ЕЩЁ БОЛЕЕ ЖУТКИМ НА ФОНЕ ЭТОГО СТРАННОГО ЗАПАХА.
СОБАЧОНКА ВЫЛА, А В ВОЗДУХЕ ВСЁ СИЛЬНЕЕ ПАХЛО ОЗОНОМ. СУКА ГОЛОСИЛА, А ЗАПАХ МОКРОЙ ПЫЛИ СТАНОВИЛСЯ ВСЁ БОЛЕЕ НАСЫЩЕННЫМ. ПЁС ЗАВЫВАЛ, А АРОМАТ ОЗОНА И ВЛАЖНОЙ ЗЕМЛИ ЗАПОЛНЯЛ ВСЁ ПРОСТРАНСТВО.
ПАХЛО ОЗОНОМ - ЭТИМ ХАРАКТЕРНЫМ ЗАПАХОМ ГРОЗЫ, МОЛНИЙ, ЭЛЕКТРИЧЕСКИХ РАЗРЯДОВ. ПАХЛО МОКРОЙ ПЫЛЬЮ - ТЕМ САМЫМ АРОМАТОМ, КОТОРЫЙ ПОЯВЛЯЕТСЯ, КОГДА ПЕРВЫЕ КАПЛИ ДОЖДЯ ПАДАЮТ НА СУХУЮ, ПЫЛЬНУЮ ЗЕМЛЮ. ЗАПАХЛО ТАК СИЛЬНО, ЧТО КАЗАЛОСЬ, БУДТО САМ ВОЗДУХ ПРОПИТАЛСЯ ЭТИМИ ЗАПАХАМИ.
АРОМАТ ОЗОНА И МОКРОЙ ПЫЛИ СТАНОВИЛСЯ ВСЁ БОЛЕЕ ИНТЕНСИВНЫМ. ПАХЛО ТАК, БУДТО НАДВИГАЕТСЯ МОЩНЕЙШАЯ ГРОЗА. ЗАПАХЛО ЭЛЕКТРИЧЕСТВОМ И ВЛАГОЙ, СМЕШАННЫМИ В ОДНО ЦЕЛОЕ. ПАХЛО ОЗОНОМ И ЭТОЙ ОСОБЕННОЙ МОКРОЙ ПЫЛЬЮ, КОТОРАЯ ПОДНИМАЕТСЯ С ЗЕМЛИ.
ПЁС-ХУЕСОС ВСЁ ЕЩЁ ВЫЛ ГДЕ-ТО В ТЕМНОТЕ. ПСИНА ПРОДОЛЖАЛА СВОЙ ЖУТКИЙ КОНЦЕРТ. ШАВКА НЕ УМОЛКАЛА, СЛОВНО ПРЕДУПРЕЖДАЯ О ЧЁМ-ТО УЖАСНОМ. ДВОРНЯГА ТЯНУЛА СВОЮ ПЕСНЬ ОТЧАЯНИЯ, И ВСЁ ЭТО ПРОИСХОДИЛО НА ФОНЕ УСИЛИВАЮЩЕГОСЯ ЗАПАХА ОЗОНА И МОКРОЙ ПЫЛИ.
ЗАПАХЛО ТАК СИЛЬНО, ЧТО КАЗАЛОСЬ, БУДТО МОЖНО ПОЧУВСТВОВАТЬ ЭТОТ АРОМАТ НЕ ТОЛЬКО НОСОМ, НО И ВСЕМ ТЕЛОМ. ПАХЛО ОЗОНОМ И ВЛАЖНОЙ ПЫЛЬЮ ТАК ИНТЕНСИВНО, ЧТО ЭТОТ ЗАПАХ ПРОНИКАЛ ЧЕРЕЗ ВСЕ ПОРЫ. АРОМАТ ЗАПОЛНЯЛ ЛЁГКИЕ, ПРОПИТЫВАЛ ОДЕЖДУ, ВЪЕДАЛСЯ В ВОЛОСЫ.
И НАКОНЕЦ, КОГДА ВОЙ ЭТОЙ ПРОКЛЯТОЙ СОБАЧОНКИ СТАЛ СОВСЕМ НЕВЫНОСИМЫМ, А ЗАПАХ ОЗОНА И МОКРОЙ ПЫЛИ ДОСТИГ СВОЕГО ПИКА, В ВОЗДУХЕ ПОЯВИЛОСЬ ЧТО-ТО ЕЩЁ. К АРОМАТУ ОЗОНА И ВЛАЖНОЙ ПЫЛИ ПРИМЕШАЛОСЬ ЧТО-ТО СОВЕРШЕННО ДРУГОЕ, ЧТО-ТО ДРЕВНЕЕ И ПЕРВОБЫТНОЕ.
ЗАПАХЛО ОЗОНОМ СО СМЕСЬЮ ЧЕГО-ТО ПЕРВОБЫТНОГО. ЭТО БЫЛ ЗАПАХ ИЗ ГЛУБИНЫ ВЕКОВ, АРОМАТ, КОТОРЫЙ ПОМНИЛИ ТОЛЬКО ДРЕВНИЕ ИНСТИНКТЫ. ПАХЛО ОЗОНОМ И ЭТИМ ПЕРВОБЫТНЫМ НЕЧТО, ЧТО НЕВОЗМОЖНО БЫЛО ОПРЕДЕЛИТЬ СЛОВАМИ. К ЭЛЕКТРИЧЕСКОМУ ЗАПАХУ ОЗОНА И АРОМАТУ МОКРОЙ ПЫЛИ ДОБАВИЛОСЬ ЧТО-ТО ЖИВОТНОЕ, ДИКОЕ, ДРЕВНЕЕ.
И ЕЩЁ ПАХЛО МОЧОЙ. ДА, МОЧОЙ. К ОЗОНУ, К МОКРОЙ ПЫЛИ, К ЭТОМУ ПЕРВОБЫТНОМУ АРОМАТУ ПРИМЕШАЛСЯ ОТЧЁТЛИВЫЙ ЗАПАХ МОЧИ. ПАХЛО УРИНОЙ, РЕЗКОЙ И ЕДКОЙ. ЗАПАХЛО МОЧОЙ ТАК, БУДТО КТО-ТО ИЛИ ЧТО-ТО ПОМЕТИЛО ТЕРРИТОРИЮ.
МОЧА ОЩУЩАЛАСЬ НЕ ТОЛЬКО НОСОМ. СТРАННЫМ ОБРАЗОМ ЕЁ МОЖНО БЫЛО ПОЧУВСТВОВАТЬ НА ВКУС. МОЧА ОЩУЩАЛАСЬ ВО РТУ, НА ЯЗЫКЕ, НА НЁБЕ. ЭТО БЫЛО КАК ТАЛОЕ МОРОЖЕНОЕ - ХОЛОДНОЕ, СЛАДКОВАТОЕ, НО С ПРИМЕСЬЮ ЧЕГО-ТО СОВЕРШЕННО ОТВРАТИТЕЛЬНОГО.
МОЧА ОЩУЩАЛАСЬ НА ВКУС КАК ТАЯЩЕЕ МОРОЖЕНОЕ, СМЕШАННОЕ С ПЕРВОБЫТНОЙ УРИНОЙ. ЭТО БЫЛА КАКАЯ-ТО ДИКАЯ КОМБИНАЦИЯ ВКУСОВ - СЛАДОСТЬ МОРОЖЕНОГО И ЕДКАЯ ГОРЕЧЬ МОЧИ. ВКУС БЫЛ ТАКИМ ЖЕ ДРЕВНИМ И ПЕРВОБЫТНЫМ, КАК И ЗАПАХ.
МОЧА ЧУВСТВОВАЛАСЬ ВО РТУ КАК РАСТАЯВШЕЕ МОРОЖЕНОЕ СО СМЕСЬЮ ПЕРВОБЫТНОЙ УРИНЫ. СЛАДКОЕ И ОТВРАТИТЕЛЬНОЕ ОДНОВРЕМЕННО. ХОЛОДНОЕ И ОБЖИГАЮЩЕЕ. ВКУС ТАЛОГО МОРОЖЕНОГО СМЕШИВАЛСЯ С ПРИВКУСОМ ДРЕВНЕЙ, ПЕРВОБЫТНОЙ МОЧИ.
ЭТО ОЩУЩЕНИЕ БЫЛО НЕВЫНОСИМЫМ. МОЧА НА ВКУС НАПОМИНАЛА ТАЯЩЕЕ МОРОЖЕНОЕ, НО С ПРИМЕСЬЮ ЧЕГО-ТО ЖИВОТНОГО, ДИКОГО, ПЕРВОБЫТНОГО. УРИНА СМЕШИВАЛАСЬ СО СЛАДОСТЬЮ, СОЗДАВАЯ ОТВРАТИТЕЛЬНУЮ И В ТО ЖЕ ВРЕМЯ ГИПНОТИЗИРУЮЩУЮ КОМБИНАЦИЮ.
А ТА МЕРЗКАЯ ПСИНА ВСЁ ЕЩЁ ВЫЛА. ПЁС-ХУЕСОС ЗАВЫВАЛ В НОЧИ, А В ВОЗДУХЕ СТОЯЛ ЭТОТ НЕВЫНОСИМЫЙ АРОМАТ ОЗОНА, МОКРОЙ ПЫЛИ, ПЕРВОБЫТНОГО НЕЧТО И МОЧИ. И ЭТА МОЧА ОЩУЩАЛАСЬ НА ВКУС КАК ТАЛОЕ МОРОЖЕНОЕ СО СМЕСЬЮ ДРЕВНЕЙШЕЙ, ПЕРВОБЫТНОЙ УРИНЫ.